Для содержимого этой страницы требуется более новая версия Adobe Flash Player.

Получить проигрыватель Adobe Flash Player

Рождение гвардии

Ельнинская наступательная операция 1941 года

Полковник Г. Хорошилов, майор А. Баженов

Во второй половине июля 1941 г. немецко-фашистские войска захватили Ельню и близлежащие населенные пункты. Попытки врага развить наступление разбивались о стойкость и мужество соединений 24-й армии Резервного фронта, и он вынужден был перейти к обороне. Образовался так называемый ельнинский выступ, глубоко вдававшийся в нашу оборону, создававший угрозу флангам и тылу советских войск на вяземском направлении.

Соединения 24-й армии, ослабленные в предшествующих боях, несколько раз пытались в июле—августе 1941 г. срезать выступ и восстановить положение в районе Ельни. Однако все их попытки были безуспешны. В связи с этим командующий войсками Резервного фронта генерал армии Г. К. Жуков 21 августа 1941 г. приказал командующему 24-й армией генерал-майору К. И. Ракутину прекратить наступление и приступить к подготовке нового, более сильного и организованного удара.

К началу операции в ельнинском выступе на фронте более 70 км оборонялись 137, 78, 292 и 268-я пехотные дивизии врага. Всего группировка противника насчитывала около 70 тыс. солдат и офицеров, 500 орудий и минометов калибра 75 мм и выше и около 40 танков.

 Военный совет и штаб Резервного фронта после всестороннего изучения обстановки разработали план разгрома фашистской группировки, оборонявшейся в ельнинском выступе. Замысел операции предусматривал встречными ударами с севера и юга под основание выступа прорвать оборону врага и, развивая наступление, окружить основные силы 20-го армейского корпуса. Одновременно предусматривалось рассечение вражеской группировки ударом с востока и уничтожение ее по частям. Таким образом, учитывая конфигурацию линии фронта, в основу замысла операции была положена решительная форма оперативного маневра — двусторонний охват с целью окружения и разгрома врага по частям. При этом предусматривалось разгром ельнинской группировки закончить к 3 сентября и выйти на рубеж свх. Беззабот, Ново-Тишово, Кукуево. В дальнейшем, развивая успех, армия должна была овладеть Починок и 8 сентября выйти на рубеж Долгие Нивы, Хисловичи.

 Командующий армией генерал К. И. Ракутин во исполнение оперативной директивы фронта после уяснения задачи и оценки обстановки 26 августа принял решение и поставил задачи командирам соединений. Идея решения соответствовала замыслу операции. Прорыв обороны окружение и разгром противника предусматривалось осуществить силами девяти стрелковых дивизий из тринадцати, имевшихся в армии (четыре дивизии оборонялись на рубеже р. Ужа, севернее ельнинского выступа). Они насчитывали около 60 тыс. человек, около 800 орудий, минометов и установок реактивной артиллерии калибра 76 мм и выше и 35 танков. Для прорыва обороны и окружения врага создавались две ударные группы в составе пяти дивизий — северная (две стрелковые и одна танковая дивизия) и южная (стрелковая и моторизованная дивизии). Они должны были нанести встречные удары под основание выступа в общем направлении на Выс. Леонов на глубину до 10 км. При этом две дивизии (102 тд и 303 сд), замкнув кольцо окружения, образовывали внешний фронт, развернувшись на запад, а три (107, 100 сд и 106 мд) — внутренний фронт, развернувшись на восток.

Решающая роль в операции отводилась северной ударной группе в составе 102-й танковой, 107-й и 100-й стрелковых дивизий, которые получили наибольшее количество сил и средств усиления и наступали в более узких полосах. Так, 107-я стрелковая дивизия (командир полковник П. В. Миронов, комиссар полковой комиссар В. Д. Столяров) была усилена 275-м корпусным, 573-м пушечным и 544-м гаубичным (без одного дивизиона) артиллерийскими полками и двумя батареями реактивных установок (БМ-13). Дивизия действовала в полосе до 4 км, прорывая оборону на участке до 2 км. 102-я танковая (командир полковник И. Д. Илларионов, комиссар полковой комиссар В. А. Семенов) и 100-я стрелковая (командир генерал-майор И. Н. Руссиянов, комиссар старший батальонный комиссар К. И. Филяшкин) дивизии наступали соответственно в полосах до 4 и 8 км, осуществляя прорыв на участках 1,5 и 3 км. Всего в северной группе имелось около 400 орудий и минометов калибра 76 мм и выше, почти половину которых составляла артиллерия усиления. Такое количество артиллерии позволило создать плотность более 60 орудий и минометов на 1 км участка прорыва.

Южная ударная группа в составе 303-й стрелковой и 106-й моторизованной дивизий получила на усиление около 100 орудий и минометов. Главная роль отводилась 303-й стрелковой дивизии (командир полковник Н. П. Руднев, комиссар полковой комиссар А. А. Голубев), которой были приданы: стрелковый полк из 106-й дивизии, два дивизиона 488-го корпусного артиллерийского полка, 24-й минометный батальон, батарея реактивных установок (БМ-13), а в последующем и 103-й отдельный танковый батальон. Она наступала в полосе 8 км, прорывая оборону на участке 3 км. 106-я моторизованная дивизия (командир полковник А. Н. Первушин, комиссар полковой комиссар Я. Е. Агроник) имела полосу наступления около 10 км, прорывала оборону врага на участке 2 км. Советские 102 тд, 103 и 106 мд, не имея материальной части, по сути дела, выполняли роль стрелковых дивизий, 102 тд насчитывала лишь 20 исправных танков, причем большая часть из них с ограниченным моторесурсом. В последующем прибыл 103 отб, имевший около 15 танков.

Важная роль согласно решению командующего армией отводилась центральной группе, в которую входили 19-я (командир генерал-майор Я. Г. Котельников, комиссар бригадный комиссар А. П. Волов) и 309-я (командир полковник Н. А. Ильянцев, комиссар старший батальонный комиссар М. И. Волостников) стрелковые дивизии. Они должны были, наступая с востока на Ельню, рассечь окружаемые войска на части и во взаимодействии с другими дивизиями уничтожить их. Эти соединения имели полосы наступления шириной соответственно до 6 и 4 км, осуществляя прорыв на участках 3 и 2 км. Однако для выполнения поставленных задач сил и средств в этой группе было явно недостаточно. Она насчитывала всего около 100 орудий и минометов, а танков вообще не имела.

103-й моторизованной (командир генерал-майор И. И. Биричев, комиссар батальонный комиссар Ф. Ф. Малинин) и 120-й стрелковой (командир генерал-майор К. И. Петров, комиссар полковой комиссар И. Б. Булатов) дивизиям предстояло сковать противника в своих полосах (соответственно 10 и 15 км) и не допустить маневра его сил и средств на другие направления.

Соотношение сил было примерно равным: в людях — 1,1 : 1 в пользу противника, по артиллерии — 1,6:1 в пользу 24-й армии. Танки с обеих сторон применялись ограниченно.

На период операции в армии создавалась артиллерийская группировка, состоявшая из армейской группы дальнего действия (АДД) и групп поддержки пехоты (ПП) в дивизиях. Артиллерийская подготовка планировалась продолжительностью один час. Предусматривалось сокращение продолжительности артподготовки, если пехота выйдет на рубеж атаки, удаленный на 300—400 м от вражеского переднего края, ранее установленного времени. Однако во всех случаях последний 10-минутный, наиболее мощный огневой налет по объектам атаки и огневым позициям артиллерии противника не должен был сокращаться.

Артиллерийскую поддержку предусматривалось осуществлять методом последовательного сосредоточения огня, а также огнем отдельных батарей и орудий сопровождения, действующих в боевых порядках пехоты.

Авиационное обеспечение не планировалось, так как все боевые самолеты фронта к началу операции по указанию Ставки ВГК были переданы Брянскому фронту, за исключением 20 самолетов, оставленных а интересах 24-й армии для разведки и корректировки огня артиллерии. Это обстоятельство, естественно, значительно ослабляло силу удара войск армии.

В ходе подготовки операции военные советы и штабы фронта и армии прилагали большие усилия для решения мероприятий по обеспечению боевых действий (боевое, политическое, инженерное, материально-техническое обеспечение и т. д.). Однако решить полностью все вопросы в связи с очень ограниченным сроком подготовки операции (всего около 4 суток) к началу боевых действий не удалось. Например, если дивизии были укомплектованы личным составом на 70—80 %, то материальной частью артиллерии лишь на 25—50 % (кроме 107 сд, имевшей 90 %). Не удалось накопить и необходимого количества боеприпасов, в результате чего, как показали последующие события, уже на второй день операции ощущалась их острая нехватка.

Все это требовало дополнительного времени на подготовку. Но откладывать начало операции было нельзя. Наступление 24-й армии должно было содействовать успеху контрударов Брянского фронта, наносимых по наступавшей в южном направлении 2-й танковой группе врага.

С точки зрения планирования и подготовки Ельнинской наступательной операции следует отметить как положительное явление создание ударных групп и сосредоточение основных усилий у основания выступа на главных направлениях. В группы были включены все исправные танки и около 80 % артиллерии.

Оперативное построение армии было одноэшелонным. Это обусловливалось относительно небольшой глубиной боевых задач северной и южной ударных группировок (до 10 км). Предполагалось выполнить поставленную задачу нанесением сильного первоначального удара. Боевые порядки многих дивизий строились в два эшелона.

По ходу боевых действий Ельнинскую наступательную операцию условно можно разделить на три этапа:

первый — прорыв организованной обороны на направлениях главных ударов (30—31 августа);

второй — отражение ожесточенных контратак противника, стремившегося сорвать наступление 24-й армии (1—3 сентября);

третий — развитие наступления, преследование отходящего врага и ликвидация ельнинского выступа (4—8 сентября).

Схема Ельнинской операции

В 7 часов утра 30 августа 1941 г. около 800 орудий, минометов и реактивных установок 24-й армии, несмотря на сильный туман и плохую видимость, обрушили огонь на вражескую оборону. Началась артиллерийская подготовка.

В этот день успеха достигла лишь южная ударная группа, ее дивизии продвинулись на участке прорыва до 1,5 км.

Менее удачно наступали соединения северной ударной группы. В 8.00 танки 102-й танковой дивизии успешно атаковали противника, но пехота отстала и не использовала их успех. Вместо того, чтобы до подхода пехоты подавлять огневые точки огнем с места, танки отошли назад. Враг воспользовался этим, привел себя в порядок и а ходе последующих атак оказал дивизии упорное сопротивление. Кроме того, из-за слабости разведки не была полностью вскрыта система огня в обороне противника, особенно в противотанковом отношении. Об этом, в частности, свидетельствует тот факт, что только в ходе двух наших атак было уничтожено до 10 противотанковых орудий, 12 пулеметов и разрушены 2 орудийных дзота фашистов.

Отдельные подразделения полков первого эшелона 107-й стрелковой дивизии не успели занять исходное положение, в результате чего одновременной сильной атаки не получилось. Введенные в бой вторые эшелоны полков, а затем и дивизий также не смогли достичь существенных результатов. В целом соединения северной группы за первый день боя продвинулись вперед лишь на 500 м. Дивизии ударных групп вели боевые действия и ночью. На отдельных участках они сломили сопротивление гитлеровцев.

21 августа упорные бои продолжались. Враг ожесточенно сопротивлялся. Лишь 107-й стрелковой дивизии к исходу дня удалось прорвать его оборону, продвинувшись до 2 км в глубину.

Южная ударная группа в этот день не смогла развить успех первого дня наступления и продвинулась лишь на 500 м.

В целом за два дня наступления обе группы углубились на отдельных участках на 2 км.

Низкие темпы наступления были обусловлены рядом причин. Среди них следует отметить основные: недостаточное скрытие разведкой обороны противника; слабую эффективность из-за ограниченного количества боеприпасов огня артиллерии; отсутствие опыта у некоторых командиров в организации в короткие сроки боя и умелом управлении подразделениями и частями; робкое применение маневра пехотой и танками на поле боя; выход из строя значительного количества командиров подразделений, которые личным примером вели бойцов в атаку.

Существенной помощи соединениям армии не оказала и авиация (к началу наступления в распоряжение командующего фронтом нэ Резерва Ставки ВГК прибыли четыре авиационных полка, осуществлявших поддержку боевых действий соединений армии). В первый день наступления из-за тумана и слабого знания района действий она смогла нанести удары только по двум аэродромам противника. В 9.30 пять ПЕ-2 в сопровождении шести МИГ-3 бомбардировали аэродром Селеща, а в 10.30 девять ИЛ-2 и двенадцать ЯК-1 — Олсуфьево.

В последующие два дня противник предпринял ряд контратак силой до пехотного батальона с танками при поддержке артиллерии и авиации против частей 102-й танковой, 107-й и 303-й стрелковых дивизий, стремясь не допустить развития наступления и удержать горловину ельнинского выступа. Об упорстве наших войск и напряженности боев свидетельствует следующий пример. 586-й стрелковый полк 107-й стрелковой дивизии, вклинившийся в оборону врага, был контратакован с нескольких направлений. Командир полка полковник И. М. Некрасов, будучи раненным, умело руководил боем своих подразделений. Он приказал организовать круговую оборону, личному составу зарыться в землю, всю артиллерию полка выдвинул для стрельбы прямой наводкой по. танкам. И это дало свои результаты. Полк выстоял и успешно отразил все атаки, а бойцы 1-го батальона захватили в ходе боя два орудия с боеприпасами и открыли из них огонь.

Вспоминая события тех дней, бывший командующий Резервным фронтом Маршал Советского Союза Г. К. Жуков писал: «Особенно мужественно дрались наши 19, 100 и 107-я дивизии. Я видел с наблюдательного пункта комдива 107-й дивизии П. В. Миронова, незабываемую картину ожесточенного боя стрелкового полка, которым командовал И. М. Некрасов. Полк И. М. Некрасова стремительно захватил деревню Волосково, но оказался в окружении. Он сражался трое суток. При поддержке других частей 107-й дивизии, артиллерии и авиации полк не только прорвал окружение, но и смял противостоящего врага, захватив при этом важный опорный пункт — железнодорожную станцию». Так же стойко отражали контратаки и другие подразделения и части.

Еще 31 августа командующий 24-й армией с целью развития наметившегося успеха наступления решил создать из подразделений 102, 107 и 100-й дивизий «сводный отряд в составе танковой группы, десантной роты, мотобатальона и артгруппы из 10 орудий (район формирования — лес южнее Монино, отряд именовать «Отряд Иванова»). Он должен был стремительным ударом в направлении Садки, Бол. Нежода выйти в район Ново-Тишово, Петрово, перерезать шоссейную дорогу Ельмя — Балтутино, организовать круговую оборону и не допустить подхода резервов противника к Ельие. Ввести его в бой предусматривалось в полосе 107-й стрелковой дивизии, имевшей наибольшее продвижение в глубину. Он имел 20 танков и стрелковую роту в качестве танкового десанта. Это была своего рода импровизированная подвижная группа армии.

Утром 3 сентября отряд ввели в бой. При вводе основные его силы подверглись ударам авиации и сильному артиллерийскому обстрелу, в результате чего имелись большие потери в личном составе (до 25 %) и технике. На поле боя было подбито 7 танков, а из оставшихся 13 исправным оказался лишь один. Развить наступление отряд, конечно, не смог. Однако, несмотря на отчаянное сопротивление фашистов, действуя совместно с частями 107-й стрелковой дивизии, ему удалось выйти к деревне Садки. Более решительно наступал в этот день разведотряд 107-й дивизии. К исходу дня он вышел к Софиевке.

Мужество и отвагу проявили воины 100-й стрелковой дивизии. Например, 355-й стрелковый полк этой дивизии 3 сентября атаковал сильный опорный пункт Митино. Противник, опираясь на заранее подготовленные позиции, оказывал упорное сопротивление. Первые две лобовые атаки не принесли успеха. Тогда командир полка майор 3. С. Багдасаров решил овладеть этим опорным пунктом одновременной атакой с трех направлений; с запада, севера и юго-востока. Наиболее успешно действовал 1-й стрелковый батальон, который при поддержке огня артиллерии стремительно ворвался в деревню Митино с запада. В ходе боя бойцы 1-й роты, овладев вражескими траншеями, в рукопашной схватке уничтожили гитлеровцев и захватили три пулемета.

Утром 3 сентября возобновили наступление и дивизии южной группы. Несмотря на трудности лесисто-болотистой местности, они овладели населенными пунктами Леоново и Щеплево. Из-за слабой разведки местности 15 танков 103-го отдельного танкового батальона, наступавшие с пехотой 303-й стрелковой дивизии, застряли в болоте южнее Леонове. К утру 4 сентября было извлечено из болота только 9 машин.

Таким образом, к исходу дня соединения северной и южной групп, проявляя массовый героизм, отвагу и решительность, сузили горловину ельнинского выступа до 6—8 км.

Противник, не выдержав удара войск 24-й армии и находясь под угрозой окружения, 3 сентября начал отвод своих сил из ельнинского мешка, прикрываясь сильными арьергардами по всему фронту выступа. Командующий фронтом потребовал кратчайший срок завершить окружение врага и овладеть Ельней. Для наращивания удара северной группы он приказал командующему 24-й армией ввести в бой один стрелковый полк 127-й стрелковой дивизии, оборонявшейся на рубеже р. Ужа. Полк стремительно атаковал противника в полосе 102-й танковой дивизии.

Соединения армии по всему фронту перешли к преследованию врага. Но на флангах шли ожесточенные бои. Немецко-фашистские войска стремились избежать окружения и оказали упорное сопротивление. Наши части хотя и медленно, но продолжали продвигаться вперед. К исходу 5 сентября 100-я стрелковая дивизия заняла Чапцово (севернее Ельни), а 19-я стрелковая дивизия ворвалась в Ельню. На подходе к городу действовали и другие дивизии. 6 сентября Ельня была освобождена советскими войсками. К исходу 8 сентября дивизии 24-й армии полностью ликвидировали ельнинский плацдарм и вышли к оборонительному рубежу по линии Нов. Яковлевичи, Ново-Тишово, Кукуево.

Неоднократные попытки, предпринятые армией по прорыву этого рубежа противника, существенных результатов не дали, и она вынуждена была перейти к закреплению достигнутого успеха.

Славным итогом Ельнинской наступательной операции явилась ликвидация ельнинского выступа. Значительно улучшилось оперативное положение войск как 24-й армии, так и в целом Резервного фронта. Была снята угроза вторжения врага в оперативную глубину нашей обороны и удара во фланг Западному и Резервному фронтам. Пяти фашистским дивизиям в районе Ельни был нанесен значительный урон. Потери их в живой силе составили до 45 тыс. человек.

Однако полностью осуществить замысел на окружение всей ельнинской группировки 24-й армии не удалось. Основными причинами этого являлись: общий недостаток сил и средств в армии, отсутствие четкого взаимодействия между пехотой и танками, слабая обеспеченность войск боеприпасами и неумение командного состава частей организовать наступательный бой в короткие сроки.

Вместе с тем следует отметить, что Ельнинская наступательная операция была одной из первых в Великой Отечественной войне, в ходе которой осуществлялись прорыв сильной очаговой обороны противника, разгром его группировки и изгнание со значительной части советской территории.

Из опыта операции заслуживают внимания такие вопросы, как подготовка операции в короткие сроки; планирование операции с решительными целями; применение такой формы оперативного маневра, как двусторонний охват крупной группировки противника с целью окружения с одновременным ее расчленением; массированно сил и средств. Несмотря на отсутствие общего превосходства в сипах, командование армии сумело скрытно создать ударные группировки и добиться превосходства на участках прорыва на главных направлениях.

Уроки прорыва подготовленной очаговой обороны врага подтвердили необходимость иметь в боевых порядках пехоты танки НПП.

Опыт проведенной операции еще раз показал, что успех наступления решающим образом зависит от тщательно продуманного и правильно организованного взаимодействия пехоты, танков, артиллерии и авиации, а также от твердого непрерывного управления.

За стойкость в обороне, мужество и отвагу в наступлении, массовый героизм, дисциплину и находчивость, проявленные личным составом частей и соединений, многие из них отмечены высокими правительственными наградами. 100-я и 127-я стрелковые дивизии 24-й армии первыми были удостоены звания гвардейских, получив соответственно наименование 1-й и 2-й гвардейских стрелковых дивизий. Звания гвардейских присвоили затем 107-й и 120-й стрелковым дивизиям, которые 26 сентября 1941 г, были преобразованы в 5-ю и 6-ю гвардейские стрелковые дивизии соответственно.

Таким образом, здесь, в боях под Ельней, в 1941 г. родилась гордость наших Вооруженных Сил — советская гвардия.

Источник: "Военно-исторический журнал" № 9, 1974 г

Яндекс.Метрика history-smolensk.ru № по популярности в Смоленске Рейтинг@Mail.ru

 
 
 
To Top